С начала года стройматериалы подорожали в среднем на 22%

Далеко не всегда рост цен на стройматериалы продиктован объективными причинами, такими как рост стоимости сырья или тарифов на энергоресурсы. Зачастую потребители объясняют очередной скачок цен сезонным дефицитом либо монополизмом производителей.

В дело даже вмешались представители Смольного, которые сейчас проводят комплексный анализ ситуации в отрасли. Однако в пылу спора одни специалисты преувеличивают влияние стройматериалов на формирование цен на жилье, другие — преуменьшают.

К такому выводу пришли руководители производственных компаний, строители, чиновники и научные специалисты, которые собрались на «круглый стол», организованный нашим еженедельником. В ходе дискуссии они также попытались ответить на вопросы: нужен ли отрасли контроль со стороны властей и есть ли на рынке новые технологии или материалы, которые могли бы удешевить строительство?

Актуальность темы в полной мере подтвердил состав аудитории: среди участников «круглого стола» оказалось немало первых лиц и топ-менеджеров отраслевых компаний.Перегибы роста

Павел ГОРЯЧКИН:

– В прошлом году, когда на первичном и вторичном рынках случился безумный рост цен, проблема стройматериалов отошла на задний план. Эксперты говорили, что их стоимость практически не повлияла на резкий скачок. Но ситуация начала меняться в августе 2006-го. Материалы стали дорожать от 2,5% в месяц. По состоянию на сентябрь 2007-го ежемесячный рост цен достиг 7-8%.

С начала этого года основные строительные материалы и конструкции подорожали на 21,94%, при этом себестоимость строительства в Петербурге выросла на 24,14%. В целом по России цены на первичном рынке увеличились на 12,2%. Сейчас, когда ситуация на рынке жилья стабилизировалась, стройматериалы вновь играют важную роль в формировании продажной стоимости. Особенно металлопрокат, цемент, песок, щебень.

Так, за текущий год металл подорожал более чем на 15%. При этом на строительстве жилья на 1 кв.м приходится от 35 до 70 кг металлопроката. Расходы по этой статье составляют 8-9% себестоимости строительства. Другой вопрос: влияет ли подорожание цемента на стоимость жилья? Безусловно, да. В 1 кв.м возводимой недвижимости — 500-600 кг условного цемента.

В себестоимости строительства его доля составляет от 4%, производства ЖБИ — от 14% и более. А в этом году цемент стал дороже на 89-139% в зависимости от разных характеристик. Существенно прибавили в цене и другие материалы (см. табл. 1). Основное же повышение пришлось на последние месяцы.

Впрочем, нельзя забывать о двух других факторах, формирующих себестоимость строительства. Кроме расходов на материалы, которые составляют 52-54%, надо учитывать стоимость земли и инженерного обеспечения. Одни лишь затраты на подключение к инженерным сетям сейчас добавляют $200-300 на 1 кв.м жилья.

Сегодня средняя себестоимость строительства оценивается в $1615. По проектам, которые только закладываются, этот показатель будет значительно выше.

Стоит подчеркнуть, что весьма быстро сокращается разрыв между ценами на первичном рынке жилья и реальной себестоимостью. Сегодня он составляет 12-16%. Это вполне приемлемый показатель, который, впрочем, не дает повода забывать о ценовой ситуации на рынке стройматериалов.

Город объявил большую программу бюджетного строительства. И если на земле и инженерии власти смогут сэкономить, то на стройматериалах — вряд ли. И дальнейший рост цен на них может реально угрожать реализации заявленных планов.

Рычаги воздействия на отрасль есть. Например, необходимо вводить государственные закупки стройматериалов, должны быть выделены определенные лимиты продукции. Нужна программа по развитию промышленности стройматериалов. Отдельные их виды надо объявить стратегическим продуктом. Например, реально стоит угроза дефицита того же цемента.

И разрешится проблема не раньше чем через два-три года, когда в Ленобласти смогут заработать новые заводы. В России уже появляются прецеденты регулирования отрасли. В отдельных регионах, например Краснодарском крае, вообще запретили вывозить цемент за их пределы. И это дало результат.

Лев КАПЛАН:

– Последнее время нередко приходится слышать о сверхприбылях строителей, о том, что разница между себестоимостью жилья и продажной ценой составляет 97%. При этом затраты на пятно застройки указываются в размере 12%, а расходы на подключение к инженерным сетям — 5%.

Возможно, эти данные корректны для 2003-2005 годов. Но сегодня картина изменилась. Стройматериалы, спору нет, дорожают быстро, но не это спровоцировало рост цен на жилье. Здесь сказываются совсем другие экономические факторы.

Например, в 2007 году прошли четыре аукциона на право аренды земли для комплексного освоения территорий под жилищную застройку. В ходе торгов цена вырастала более чем в 60 раз. А еще надо обустроить инженерию, появятся и другие расходы. Нетрудно представить, какой будет продажная цена квартир через пару лет.

Поэтому надо не только противодействовать росту цен на стройматериалы, но и думать о градостроительной и социальной политике города. Что касается стройиндустрии, то в условиях рыночной экономики никто не может напрямую ее контролировать, никто не заставит снизить цены. Но если власти будут предпринимать меры для того, чтобы развивать в целом конкуренцию на рынке, это принесет свои плоды.

Вопрос из зала:

– Вы говорите, что ситуация на рынке стройматериалов не влияет существенным образом на жилищное строительство, а в августе подписали открытое письмо правительству Карелии, где говорится, что нельзя запрещать добычу щебня в Лахденпохском районе республики, поскольку это повредит строительному комплексу. (Подробности конфликта см. на стр. 19. — «НП».)

Лев КАПЛАН:

– Я не вижу здесь противоречий. На строительном рынке действительно существует угроза дефицита щебня. Месторождения Ленинградской области не могут покрыть растущий спрос. К тому же остается проблема монополизма производителей. А в Лахденпохском районе расположены богатейшие запасы строительного камня, на которые претендуют разные компании. В открытом письме мы выступили лишь за то, чтобы точку в этом конфликте поставила объективная экологическая экспертиза.Нерудный вопрос

Василий КОСТРИЦА:

– В прошлом году емкость петербургского рынка щебня, по оценке исследовательской компании «Решение», составила 8,4 млн куб.м в год. Потребление его активно растет. В 2008-м будет преодолен рубеж в 10 млн кубов щебня в год. Но проблемы дефицита как таковой нет. Объемы производства даже превышают спрос.

Все дело в том, что в пик строительного сезона железнодорожная и водная инфраструктура города не справляется с объемами перевозок, и возникают временные трудности. Но их можно преодолеть. Усиливается конкуренция на рынке, основные игроки развивают собственные логистические схемы. А нам в Петербурге так и вовсе повезло, поскольку наш регион обладает богатейшими запасами высококачественного гранитного камня.

Роман ДЕНИСОВ:

– Каково мнение вашей компании о конфликте вокруг щебеночных карьеров в Карелии и вмешательстве в него питерских строителей?

Василий КОСТРИЦА:

– В некоторых СМИ мы встречали намеки, что это наша компания лоббирует интересы тех, кто выступает против разработки, якобы опасаясь конкуренции. Но то, что там творится, вообще сложно как-то охарактеризовать. В Лахденпохском районе беспорядочно выдано в общей сложности более 160 лицензий. Несколько лет назад, если бы появилось желание, мы могли их все выкупить. Но нам это объективно не было нужно.

Сейчас ситуация в районе действительно непростая. Такая плотность добычи щебня, которая там предполагается, просто недопустима. К тому же надо считаться с общественным мнением. А ни один проект в этом районе не прошел общественные обсуждения. При этом еще раз хочу подчеркнуть, что на рынке нет дефицита щебня, и эти месторождения не могут сыграть особой роли.Цементная драма

Роман ДЕНИСОВ:

– Быстрее всего в этом году подорожал цемент. В первую очередь это должны были почувствовать на себе производители товарного бетона…

Михаил БИЗЯЕВ:

– Проблемы на цементном рынке давно вышли за пределы узкого производственного сектора и сейчас обсуждаются на самом высоком уровне. Но акценты не всегда верно расставлены. Тут надо учитывать, что цемент из-за его особенностей не является локальным продуктом, и проблемы, которые есть в этой отрасли, нужно рассматривать в масштабах страны. Не может быть дефицита только в Петербурге, если он есть — то по всей России. Тот же Сланцевский завод, расположенный в Ленобласти, основное сырье покупает на Дальнем Востоке.

Ни одна стройка сегодня не обходится без цемента, поэтому проблемы этой отрасли так или иначе касаются всех строителей. Ежегодно спрос на цемент растет на 10-11%. Его дефицит был зафиксирован в России еще в прошлом году, а сегодня только усиливается.

Согласно прогнозам потребления цемента на ближайшие три года прирост производства должен составить 20 млн тонн в год. Грубо говоря, в стране нужно построить 20 новых заводов. Эти проекты заявлены. Но надо учитывать, что существует проблема выбывания мощностей из-за устаревшего оборудования, используемого на большинстве действующих заводов. К тому же цикл строительства современного цементного производства составляет пять-шесть лет. То есть мы уже отстаем от графика.

Поэтому не приходится удивляться, что цены так быстро растут. Сейчас стоимость тонны цемента превысила 7000 рублей. Не последнюю роль в этом сыграло развитие биржевой торговли, что в условиях дефицита лишь усугубляет положение.

А есть еще проблема использования устаревших технологий, которые не отличаются экономичностью, поэтому любой скачок тарифов на энергоресурсы мгновенно отражается на стоимости продукта.

Валентин БУШИХМИН:

– Надо внести ясность: сам по себе цемент никому не нужен. Нужен бетон, в производстве которого он используется. Я согласен с коллегой, что ожидать увеличения производства цемента не приходится — нужно искать другие пути, например поставки из-за рубежа. Однако бетонщики не готовы принять импортный цемент.

В Петербурге всего два крупных элеватора, остальное — мелочь. К тому же железная дорога не справится с возросшими поставками, не говоря уже об автотранспорте. Необходимо строить мощный терминал хотя бы на 1 млн тонн цемента, например в Усть-Лужском порту. Если мы будем привозить даже 300 000 тонн в год — это откровенно мало.

Расходы же на транспортировку никого не должны пугать. Стоимость китайского цемента все равно будет меньше, даже с учетом перевозки.

Михаил БИЗЯЕВ:

– Проблема в том, что иностранные партнеры вовсе не собираются вставать в очередь, чтобы помочь нам поставками цемента в тех объемах, которые нужны отрасли. Они прежде всего обслуживают собственные рынки. Поэтому рассчитывать на них не стоит.

Сергей ЯНКИН:

– В прошлом году цемент стоил 2500 рублей, сейчас — 7000. По нашим оценкам, это дало прибавку в среднем $40 на 1 кв.м жилья. Конечно, учитывая продажную стоимость квартир, это совсем немного. Больше пугает нестабильность, которая есть на рынке цемента.

Если цена постоянно меняется, это вносит напряженность в отношения поставщика и заказчика. Кроме того, из-за сбоев поставок цемента, которые периодически случаются, в определенный момент в городе возникали перебои с бетоном. Сейчас приходится на полтора месяца вперед точно планировать свою работу (потому что нельзя просто взять и докупить нужное количество цемента).

Впрочем, сейчас строительный сезон подходит к концу, и некоторые заказчики рассчитывают, что цемент даже несколько подешевеет. Например, они откладывают заливку крупных объектов на ноябрь. Насколько оправданы ожидания, сказать сложно. Но если это произойдет, бетонщики тоже снизят цены.Преувеличенный дефицит

Роман ДЕНИСОВ:

– Вопрос г-ну Шикалову. Все-таки требует ли стройиндустрия особого контроля со стороны властей? И в какой форме он может быть реализован?

Игорь ШИКАЛОВ:

– Правительство города занялось этой проблемой примерно с третьего квартала 2006-го, когда произошел резкий скачок цен на основные стройматериалы. В апреле этого года правительство решило подготовить программу содействия отраслевым предприятиям. Совместно с КБДХ мы этим занимаемся. В декабре программа будет представлена правительству.

В процессе работы над ней мы столкнулись с некоторыми неожиданностями. Так, есть устоявшееся мнение о дефиците тех или иных материалов, например того же цемента. Около месяца назад произошел очередной виток цен, и Валентина Матвиенко поручила разобраться с поставками цемента в Петербург.

Вице-губернатор Александр Вахмистров провел совещание со специалистами отрасли, на котором прозвучали упреки в адрес железнодорожников. По итогам встречи было подготовлено письмо руководству РЖД с просьбой обеспечить условия для бесперебойных поставок. Через некоторое время пришел ответ с требованием представить конкретные факты срыва контрактов.

Мы разбирались в этом вопросе, и оказалось, что вина железнодорожников преувеличена. Порядка 450 разгруженных вагонов сейчас стоит у строителей и не приходит назад. А мы сетуем на транспортную инфраструктуру…

К тому же само понимание проблемы дефицита зачастую некорректно. Дефицита как такового нет. Вопрос заключается в цене и времени доставки.

Проблема же роста цен в строительстве — гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. Соответствует ли подорожание материалов реальному подорожанию недвижимости? Это большой вопрос. И город им занимается.

Например, суть программы, которая сейчас готовится, — проанализировать состояние рынка до 2015 года. Так далеко загадывать действительно сложно. Но если взять период хотя бы до 2010-1012 гг. и оценить потенциальные объемы строительства, то можно представить и потребности рынка.

Проделав эту работу, мы пришли к выводу, что те объемы, которые часто указывают специалисты, не соответствуют действительности. Например, некоторые должностные лица говорят, что потребность петербургского рынка в цементной продукции составляет 3,5 млн тонн в год. Очень хочется понять, откуда взялась эта цифра?

Независимые аналитики, к которым мы обратились, сходятся на показателе в 2,2-2,3 млн тонн продукции в год. Начинаем разговаривать со строителями, и оказывается, что никто в точности не считает, сколько материала использует. Тут остается только одно предложение бизнесу — взаимодействовать. А то в наш комитет приходит огромное количество рекламных материалов от производителей, а дельных предложений нет.

Роман ДЕНИСОВ:

– Интересно услышать мнение строителей о том, насколько для них актуальна проблема роста цен на стройматериалы.

Ольга ПЕТРОВА:

– Любой серьезный скачок цен грозит непредвиденными убытками, поэтому основная наша задача — еще на этапе формирования сметной стоимости предусмотреть возможное подорожание, снизив тем самым собственные риски.

Сейчас нет открытой информации о коэффициенте инфляции в области строительства. Мы обращались и в администрацию города, и в Госкомстат. Но этот показатель никто не рассчитывает. Пришлось самостоятельно решать проблему уменьшения убытков и думать о том, как минимизировать риски и обосновать заказчику повышение цен. Сегодня мы используем несколько методов корректировки сметного предложения.

Во-первых, вычисляем коэффициент инфляции на основе анализа фактического изменения цен на стройматериалы за определенный промежуток времени. Во-вторых, используем коэффициент инфляции, рассчитанный на основании региональных индексов пересчета сметной стоимости, ежемесячно публикуемых Петербургским региональным центром по ценообразованию. И наконец, берем прогнозные индексы инфляции, публикуемые тем же центром.

Все эти методы мы используем как на этапе тендера, так и в процессе строительства. Но везде есть свои нюансы. Например, тендеры проводятся очень медленно. А тем временем стоимость проекта уже меняется в связи с инфляцией. Поэтому в тендерном предложении, фиксируя цены на день его подачи, целесообразно указывать срок их действия — допустим, два-три месяца.

Но опять же надо отметить, что не любой скачок цен на стройматериалы можно предусмотреть. Поэтому строители находятся в очень непростой ситуации.Новое — дешевое?

Николай ВАТИН:

– Говоря о причинах подорожания стройматериалов, мы приходим к другому извечному вопросу: «Что делать?» Известно несколько путей снижения себестоимости строительства. Первый — увеличение инвестиций в производство. Строительные компании, испытывая трудности с теми или иными материалами, строят собственные заводы. Но здесь требуются огромные вложения, которые не всем по карману.

Второй путь — увеличение импорта. В этом секторе тоже есть определенные подвижки. Например, обсуждается возможность снять таможенные пошлины на ввоз цемента в Россию. Но оба эти пути — экстенсивные.

Есть еще один путь. Удешевить строительство можно за счет внедрения новых технологий. И этот вариант видится более перспективным.

Если говорить о цементе, то простое повышение его марки дает огромный эффект, соизмеримый со строительством новых заводов. Много новых разработок есть в области производства высокопрочных бетонов.

При возведении стен можно экономить на замене дорогого облицовочного керамического кирпича на более дешевый силикатный. Причем не нужно сравнивать его с тем силикатом, который выпускался в советское время. Новый цветной павловский силикатный кирпич и «Аэроковский» газобетон позволяют создавать теплые и дешевые ограждающие стены.

Есть и другие интересные решения. Например, можно использовать термопрофили — тонкие стальные холоднокатаные оцинкованные. Они позволяют создавать легкие пространственные конструкции мансард, ограждающие конструкции железобетонных каркасных зданий.

Очень перспективным выглядит применение вентфасадов. Например, ЗАО «ЛенСпецСМУ» организовало собственное производство подконструкций для вентилируемых фасадов, освоило их массовый монтаж. Неужели из эстетических соображений? Нет. Применяя дорогой, как кажется на первый взгляд, фасад, мы делаем стены тоньше, увеличиваем метраж и в результате выигрываем.

Впрочем, не надо забывать, что появление новых технологий обязательно должно сопровождаться изменением строительных норм. С принятием Закона «О техническом регулировании» обновление нормативной базы строительства замерло. СНиПы уже не корректируются, а технических регламентов еще нет.

Александра КУРЕНКОВА:

– Проблема в том, что большинство новых технологий и материалов фактически не испытываются. Никто не может поручиться за их надежность и долговечность. Некоторые материалы, применяемые в конструкции стен, служат 20-30 лет, в том числе многие утеплители. А что дальше будет с нашими домами?

Хорошо еще, если материал можно заменить. А если нет? Как вынуть из стеновой панели слой теплоизоляции? При цене квартир от $2000/кв.м все-таки хочется жить в доме, который простоит не один десяток лет. Нужно кардинально менять подход к формированию нормативной базы в области строительства, усиливать влияние государства на этот сектор.

Николай ВАТИН:

– Действительно, есть очень много нюансов, о которых нельзя забывать, внедряя новые технологии. Даже установка современных стеклопакетов грозит нам неожиданными проблемами. Создается эффект «воздушной бомбы» — мы получаем полностью герметичные помещения, в которых вредно находиться (а действующие нормы не обязывают проектировщиков закладывать системы проветривания в здания со стеклопакетами).

Валерий НАЗАРЕНКО:

– В условиях быстрого подорожания стройматериалов заказчики усиливают экономию. Минимальная цена — основной критерий выбора подрядной фирмы. Но те же светопрозрачные конструкции в принципе не могут быть дешевыми, поскольку относятся к сфере высоких строительных технологий. Нужен ли в этих условиях контроль отрасли?

Безусловно, да. Например, чтобы защитить рынок от недобросовестных производителей, Союз стекольщиков Петербурга создал экспертный совет, который оказывает профессиональную помощь государственным надзорным органам.

И если мы не можем влиять на объективные экономические факторы роста цен, то обязаны воздействовать на менталитет заказчика и исполнителя, в том числе используя экономические рычаги госнадзора.